• Канал RSS
  • Обратная связь
  • Карта сайта

Статистика коллекции

Детальная статистика на
25 Сентября 2020 г.
отображает следующее:

Сказок:

6543+0

Коллекция Сказок

Сказилки

Сказки Индонезийские

Сказки Креольские

Сказки Мансийские

Сказки Нанайские

Сказки Нганасанские

Сказки Нивхские

Сказки Цыганские

Сказки Швейцарские

Сказки Эвенкийские

Сказки Эвенские

Сказки Энецкие

Сказки Эскимосские

Сказки Юкагирские

Сказки Абазинские

Сказки Абхазские

Сказки Аварские

Сказки Австралийские

Сказки Авторские

Сказки Адыгейские

Сказки Азербайджанские

Сказки Айнские

Сказки Албанские

Сказки Александра Сергеевича Пушкина

Сказки Алтайские

Сказки Американские

Сказки Английские

Сказки Ангольские

Сказки Арабские (Тысяча и одна ночь)

Сказки Армянские

Сказки Ассирийские

Сказки Афганские

Сказки Африканские

Сказки Бажова

Сказки Баскские

Сказки Башкирские

Сказки Беломорские

Сказки Белорусские

Сказки Бенгальские

Сказки Бирманские

Сказки Болгарские

Сказки Боснийские

Сказки Бразильские

Сказки братьев Гримм

Сказки Бурятские

Сказки Бушменские

Сказки в Стихах

Сказки Ведические для детей

Сказки Венгерские

Сказки Волшебные

Сказки Восточные о Суде

Сказки Восточные о Судьях

Сказки Вьетнамские

Сказки Г.Х. Андерсена

Сказки Гауфа

Сказки Голландские

Сказки Греческие

Сказки Грузинские

Сказки Датские

Сказки Докучные

Сказки Долганские

Сказки древнего Египта

Сказки Друзей

Сказки Дунганские

Сказки Еврейские

Сказки Египетские

Сказки Ингушские

Сказки Индейские

Сказки индейцев Северной Америки

Сказки Индийские

Сказки Иранские

Сказки Ирландские

Сказки Исландские

Сказки Испанские

Сказки Итальянские

Сказки Кабардинские

Сказки Казахские

Сказки Калмыцкие

Сказки Камбоджийские

Сказки Каракалпакские

Сказки Карачаевские

Сказки Карельские

Сказки Каталонские

Сказки Керекские

Сказки Кетские

Сказки Китайские

Сказки Корейские

Сказки Корякские

Сказки Кубинские

Сказки Кумыкские

Сказки Курдские

Сказки Кхмерские

Сказки Лакские

Сказки Лаосские

Сказки Латышские

Сказки Литовские

Сказки Мавриканские

Сказки Мадагаскарские

Сказки Македонские

Сказки Марийские

Сказки Мексиканские

Сказки Молдавские

Сказки Монгольские

Сказки Мордовские

Сказки Народные

Сказки народов Австралии и Океании

Сказки Немецкие

Сказки Ненецкие

Сказки Непальские

Сказки Нидерландские

Сказки Ногайские

Сказки Норвежские

Сказки о Дураке

Сказки о Животных

Сказки Олега Игорьина

Сказки Орочские

Сказки Осетинские

Сказки Пакистанские

Сказки папуасов Киваи

Сказки Папуасские

Сказки Персидские

Сказки Польские

Сказки Португальские

Сказки Поучительные

Сказки про Барина

Сказки про Животных, Рыб и Птиц

Сказки про Медведя

Сказки про Солдат

Сказки Республики Коми

Сказки Рождественские

Сказки Румынские

Сказки Русские

Сказки Саамские

Сказки Селькупские

Сказки Сербские

Сказки Словацкие

Сказки Словенские

Сказки Суданские

Сказки Таджикские

Сказки Тайские

Сказки Танзанийские

Сказки Татарские

Сказки Тибетские

Сказки Тофаларские

Сказки Тувинские

Сказки Турецкие

Сказки Туркменские

Сказки Удмуртские

Сказки Удэгейские

Сказки Узбекские

Сказки Украинские

Сказки Ульчские

Сказки Филиппинские

Сказки Финские

Сказки Французские

Сказки Хакасские

Сказки Хорватские

Сказки Черкесские

Сказки Черногорские

Сказки Чеченские

Сказки Чешские

Сказки Чувашские

Сказки Чукотские

Сказки Шарля Перро

Сказки Шведские

Сказки Шорские

Сказки Шотландские

Сказки Эганасанские

Сказки Эстонские

Сказки Эфиопские

Сказки Якутские

Сказки Японские

Сказки Японских Островов

Сказки - Моя Коллекция
[ Начало раздела | 4 Новых Сказок | 4 Случайных Сказок | 4 Лучших Сказок ]



Сказки Швейцарские
Сказка № 4835
Дата: 01.01.1970, 05:33
Графиня Бель Люс – умная, добрая и совершенно очаровательная молодая женщина – была в отчаянии. Она целыми днями плакала, и никто не мог ее утешить. Дело в том, что графиня уже несколько лет была замужем, а Господь все не посылал ей детей. Бедняжка думала, что муж разлюбит и бросит ее, если она не родит ему сына или дочку, и ужасно от этого страдала.
В те давние времена, впрочем, как и в наши дни, в столице графства Грюйер семьи были большими. Бель Люс с завистью глядела на довольных горожанок, которые вечерами прогуливались по улицам в окружении пяти, шести, а то и целого десятка ребятишек.
Графиня не знала, как помочь своему горю. Она молилась, жертвовала на постройку храмов, заботилась о нищих и убогих. Наконец, снаряжала в путь к святым местам многих паломников, чтобы те вместе с ней попросили Деву Марию избавить ее от беды и послать поскорее в графскую семью ребеночка.
Граф, который, кстати, души не чаял в жене, любил устраивать в замке балы и пиршества. Ко двору съезжались именитые гости. Собравшись в красивом зале, где пылал камин и огромный дубовый стол ломился от яств, они пили за здоровье графа и его прекрасной супруги. А в саду играли музыканты и весело плясала молодежь.
Несчастной графине казалось, что муж любезничает со всеми дамами на празднике, а ее почти не замечает. «И все это, верно, из-за того, что у меня нет детей», – думала она, тяжко вздыхая.
В то время, как бездетная графиня тосковала в своем замке, в округе появился странный нищий. У него была искалечена нога, и потому в народе его прозвали Хромым Жаном. Хромой Жан был беден, как Иов, однако счастлив, как Крез. Всегда бодрый, всегда веселый и добродушный, Хромой Жан ходил с сумой по всему грюйерскому графству. Распевая гимны, он бродил по лесам и долам, не боясь ухабистых дорог и упрямо преодолевая крутые горные тропинки. Нищий заходил во все часовни, встречавшиеся ему на пути, и подолгу там молился, часто до самого вечера, пока церковным сторожам не приходило время закрывать ворота.
Люди радовались, завидев Хромого Жана, ибо считалось, что этот человек приносит в дом счастье. Они кормили его ужином, укладывали спать, а наутро всей семьей провожали в путь, предварительно набив его котомку едой, одеждой и разными полезными вещами. Но Хромой Жан раздаривал все, что ему подавали, другим нищим, и затем шел дальше, опираясь на свою старую суковатую палку.
Кем Хромой Жан был на самом деле? Откуда он явился?
Никто этого не знал.
Высокий, худой, с длинной седой бородой, он пришел однажды в Грюйер и уже не покидал этого края. Ходили слухи, что под жалкими лохмотьями нищего скрывается знатный человек, забывший свое благородное имя и отказавшийся от огромного состояния, дабы посвятить жизнь служению Богу. Некоторые утверждали, что в прошлом Хромой Жан был солдатом, что он попал в плен к маврам, провел долгие годы в рабстве, но чудесным образом спасся и после этого дал обет странствовать по всей земле и славить Господа. Еще кто-то полагал, будто Хромой Жан был богатым вельможей и однажды совершил тяжкий грех, а теперь, облекшись в рубище, несет покаяние. Высказывались и другие предположения, но, как уже говорилось, никто по-настоящему не знал, кто таков этот нищий.
Осталось добавить, что, несмотря на столь разные мнения о прошлом Хромого Жана, все как один были уверены, что он – святой человек.
Наступило Рождество. Веселый перезвон колоколов возвестил о начале торжеств в Грюйерском замке. Ночь была холодная. Большими хлопьями валил снег. После праздничной службы, завершившей долгий пост, все обитатели замка – слуги, гарнизон, граф, его жена, – а также многочисленные гости принялись поздравлять друг друга. Рождественские песнопения доносились из кухни, где повара стучали ножами и хлопали крышками кастрюль, со двора, где стража, несмотря на холод, веселилась вовсю, из залов, заполненных пестрой толпой знатных дам и кавалеров, которые обменивались новостями в ожидании танцев и угощения.
Бель Люс, воспользовавшись радостной суетой, царящей в замке, незаметно выскочила на улицу и побежала к построенной неподалеку маленькой часовне Иоанна Предтечи. Преклонив колени у алтаря, она горячо молилась Тому, Кто родился этой ночью много лет назад. Графиня искренне верила, что Он услышит ее просьбу и пошлет ей ребенка.
Оказалось, что Бель Люс в часовне не одна. Хромой Жан тоже решил в этот поздний час помолиться Господу Богу. Он сидел в глубине, и полумрак скрывал его от глаз графини. Юродивый не признал в скорбной плачущей женщине хозяйки Грюйерского замка. Он вслушивался в ее слова, но никак не мог разобрать, о чем она молится. Наконец, Хромой Жан решил, что это голодная нищенка, которая пришла в часовню пожаловаться на невзгоды святому Иоанну, и ему стало жаль бедняжку. Хромой Жан вытащил из своей котомки кусок хлеба и, припадая на больную ногу, направился к Бель Люс. Протянув ей хлеб, он сказал:
- Возьмите, поешьте. Это вас утешит.
Графиня узнала Хромого Жана. Она решила, что встреча с ним – верный знак того, что ее молитвы услышаны на небесах. Ведь он блаженный и приносит людям счастье! Схватив подношение, она выбежала из часовни и уже через несколько минут была в своих покоях. Там, подойдя к окошку и с улыбкой глядя на летящие хлопья снега, графиня принялась тихонько грызть кусок черствого хлеба.
Никто не заметил, что Бель Люс покидала замок. С сияющими от счастья глазами графиня вышла к гостям и села во главе стола рядом с мужем. На радостях она выпила бокал вина и съела целого цыпленка.
Веселье было необыкновенное! Всю ночь до утра, а потом еще тринадцать дней хозяева и гости Грюйерского замка отмечали самый чудесный в году праздник. Чего только не было на рождественском столе у щедрого графа! Искусные повара готовили великолепные блюда из мяса оленей, косуль, кабанов и даже медведей. Целиком подавали зажаренных гусей, кур и индюшек. На огромных серебряных блюдах лежали колбасы и окорока, всевозможные фрукты. А каким прекрасным вином угощал своих гостей граф де Грюйер! В ярко освещенном зале громко играла музыка, и танцы продолжались до упаду.
Наступила осень. Крестьяне собирали урожай. Веселые пастухи, украсив цветами не только собственные шляпы, но и головы самых красивых коров, покидали со своими стадами горные пастбища, потому что скоро поля с изумрудной травой и розовым клевером должны были покрыться снежным ковром. За лето коровы вдоволь наелись сочной травы и теперь медленно, с протяжным мычанием спускались в долину, где посреди золотых полей пестрели домики, окруженные садами. Яблони, вишни и сливы гнулись под тяжестью зрелых плодов. Вдоль живых изгородей носились стайки ребятишек. Дети подпрыгивали и срывали с веток желтые орехи.
А в замке графа де Грюйер опять праздник! Знатные вельможи, а также многие благородные дамы и господа со всеми своими детьми и домочадцами съезжались ко двору. Некоторые гости явились из далеких краев – кто-то из Савойских гор, а кто-то из Франции. Все поздравляли новорожденного розовощекого крепыша – наследника графа – со Святым Крещением, а его матери желали поскорее оправиться после родов. Мальчик был наречен Иоанном.
Простой народ тоже веселился вовсю. На городских улицах стояли вертела, на которых жарились целые туши быков. Графские слуги со смехом выкатывали из погребов огромные бочки с вином, чтобы каждый смог выпить за здоровье Бель Люс и ее сына. Сам граф, чувствуя себя счастливейшим человеком на свете (он и не думал, что быть отцом столь приятно!), освободил своих горожан от уплаты податей и многих оделил подарками.
Но вернемся в замок. На молодую мать, окруженную толпой друзей и родственников, так и сыпались поздравления и комплименты.
И она решила открыть свою тайну, поведав всем о встрече с Хромым Жаном и о том подаянии, которое получила в Рождество от нищего. В доказательство своих слов графиня показала засохший кусочек хлеба. Она хотела сохранить его на всю жизнь. Но не тут-то было! Окружавшие ее женщины, не только юные и бойкие блондинки, да брюнетки, но и убеленные сединой величавые дамы, хотели во что бы то ни стало отщипнуть от него хотя бы крошечку и съесть – в залог семейного счастья и благополучия.

Сказка № 4834
Дата: 01.01.1970, 05:33
Давным-давно в Британии жил один богатый человек, и был у него сын по имени Светоний. Отец очень хотел, чтобы наследник его получил хорошее образование, и в один прекрасный день отправил он юношу в просвещенный Рим познавать науки и искусства. В Риме тогда правил император Клавдий, который любил раздавать права римского гражданства талантливым провинциалам. Благодаря своему старанию и уму Светоний приобрел в Риме могущественных покровителей. Они-то и представили его божественному императору. Молодой иностранец - красивый, образованный, с прекрасным чувством юмора - понравился Клавдию. Юноше был предложен высокий пост при дворе. Все говорило о том, что в скором времени этот счастливчик станет знатным римлянином. Но ничего подобного не случилось…
Однажды Светоний возвращался с веселого пира домой. Всходило солнце, начинался новый беспокойный день. Хлопали двери, лаяли собаки, квохтали куры, раздавались пронзительные голоса мелких торговцев, поваров, подметальщиков, нищих и попрошаек. Молодой человек, утомленный ночным весельем, мечтал поскорее добраться до дому, закрыть накрепко все окна и улечься спать.
Вдруг на пути пошатывающегося от вина Светония оказался бедно одетый старик. Не успев посторониться, он ненароком столкнулся с юношей, и тот, разозлившись, грубо его обругал. Старик в ответ улыбнулся и сказал:
- Мир тебе, добрый человек!
Светоний почувствовал угрызения совести. Он попросил прощения у незнакомца и стал его расспрашивать о жизни. Оказалось, что бедняк, отвечающий на оскорбления и ругательства добрыми пожеланиями, - христианин, последователь апостола Петра. Светоний давно уже хотел познакомиться со знаменитым учеником Иисуса Христа, и сейчас ему неожиданным образом представилась такая возможность. Он попросил христианина отвести его к своему пастырю.
Апостол Петр открыл глаза Светонию на многое… Молодой британец понял, что прежняя жизнь его с пирами, забавами, мечтами о славе и богатстве была пустой и бессмысленной. Он решил уйти от мирской суеты, посвятив себя служению Господу. Светоний крестился и получил новое имя – Беат.
Беат стал жить в христианской общине. Он очень изменился. Кто из прежних друзей узнал бы в этом худом, бородатом, молчаливом и скромном человеке тщеславного и утонченного любимца патрициев?
Однажды Беат задумал отправиться в дальние страны, чтобы проповедовать Слово Божие. Апостол Петр посоветовал ему пойти к гельвтам, которые жили в альпийских горах и поклонялись мрачным и кровожадным богам, олицетворявшим силы природы.
Долгий путь проделал Беат. Из прекрасной страны с зелеными холмами, спокойными реками, виноградниками и оливковыми рощами он пришел в дикий край, где громоздились серые скалы, горные вершины были покрыты снегом, потоки ледяной воды срывались с уступов и с грохотом обрушивались на землю.
Гельветы приветливо встретили усталого путника. Со свойственным им великодушием они предложили ему пожить среди них, дали теплую одежду, пищу и кров. Но как только Беат стал рассказывать язычникам о Пресвятой Троице, о Сыне Божием и об ангелах небесных, как только он предложил им креститься и принять заповеди Христовы, отношение горцев к гостю переменилось. Жители Альп боялись своих богов. Их жрецы, друиды, только и думали о том, как бы не прогневить могущественных кумиров. Каждый день они приносили им жертвы. В священных дубовых рощах перед идолами порой проливалась даже человеческая кровь. Увидев, что Беат восстает против старинных владык огня, воды, земли и воздуха, гельветы испугались не на шутку. Они решили, что, мстительные духи разрушат молниями их жилища или же нашлют на домашний скот какую-нибудь болезнь, если пришельцу будет позволено проповедовать новую веру. И гельветы прогнали христианина.
- Еще раз приблизишься к нашим селениям, будешь тут же убит! - сказали они ему.
Беат брел по берегу озера Тун, окруженного высокими скалами. Было очень холодно. Разыгралась вьюга. Дул пронзительный ветер, снег слепил глаза и не давал вздохнуть. Смерть грозила в этой ледяной пустыне бездомному человеку. Однако Беат не отчаивался. Опираясь на посох, он шел вперед и пел:
Господь – свет мой и спасение мое: кого мне бояться?
Господь – крепость жизни моей: кого мне страшиться?
Вскоре Беат заметил в заснеженной скале широкую трещину. Надеясь укрыться от непогоды среди камней, Беат проскользнул в нее и неожиданно оказался в большой пещере.
- Слава Богу! Я спасен! – сказал он и лег на сухой песок.
Беат смотрел на каменные своды своего убежища, на причудливые сталактиты, которые грузно нависали над головой, и слушал завывания ветра.
- Господи, что же мне делать? Как дальше жить? Вернуться в Рим, остаться здесь или идти куда глаза глядят? - бормотал Беат.
Его глаза слипались, и вот уже сон теплой волной подобрался к нему, как внезапно в глубине пещеры послышался какой-то странный шум… Беат вскочил на ноги и прижался спиной к стене. Он увидел, как в темноте вдруг зажглись два огня и появились очертания огромного тела. Запахло чем-то гадким, раздался дикий рев, и через мгновение перед изумленным Беатом появился настоящий дракон! Дракон был покрыт блестящей чешуей, на спине у него были большие перепончатые крылья, а на лапах грозные когти. Красные глаза его метали искры, из пасти вырывалось огненное дыхание. Испокон веков дракон хозяйничал в этой пещере. Никто из смертных не осмеливался переступить ее порог, и теперь разъяренное чудовище вознамерилось разорвать на части и сожрать незваного гостя.
Беат с грустью посмотрел на зверя и сказал ему:
- Братец дракон, уступи мне свою пещеру! Люди гонят меня и мне негде укрыться от ветра и снега!
И тут случилось чудо. Страшный дракон улегся у ног Беата и свернулся вокруг него сверкающим теплым кольцом.
Беат стал жить в драконовой пещере. Пока была зима, новый друг добывал ему в озерных глубинах вкусную рыбу. А с наступлением весны, когда Беат уже сам смог находить себе пропитание, дракон покинул его. Он ушел на дно Туна, и с тех пор это дивное существо никто не встречал.
Жители деревень, расположенных вокруг озера, сразу заметили, что дракон исчез. Гельветы считали дракона древним божеством, владыкой Туна и прилегающих к нему земель, и всячески старались его задобрить. Они позволяли ему воровать их домашний скот и нередко сами приводили к его пещере овец и коров, которых прожорливое чудище тут же заглатывало целиком.
- Кто же прогнал дракона? – спрашивали друг друга рыбаки и пастухи, недоуменно пожимая плечами.
Как-то раз, ясным солнечным днем, маленький сын рыбака пробрался к пещере дракона и с любопытством туда заглянул. Страшного крылатого существа там не было и в помине, а вместо него на песке сидел бородатый мужчина, который ласково улыбнулся мальчику и дал ему вырезанный из дерева крестик. Сын рыбака вернулся в деревню и всем рассказал об увиденном. Люди сразу догадались, что в логове дракона живет Беат, христианин, который проповедовал им новую веру. Неразумные гельветы подумали, что пришелец погубил дракона, дабы самому стать хозяином озера. В страхе они решили пойти к нему на поклон, просить милости, но неожиданно на их скот напала странная болезнь, а над землей пронеслась буря, разрушившая множество домов. И тогда друиды сказали:
- Духи разгневаны тем, что Беат занял место дракона, и теперь они жаждут мести!
Язычники вознамерились убить Беата. Но как сразить великого воина, который смог побороть самого дракона? В поход против Беата собралась целая армия. Гельветы, вооружившись мечами, копьями, луками и топорами, сели в лодки и поплыли по озеру к драконовой пещере.
Беат сидел на берегу Туна. Он глядел, как весело бегут облака по синему небу, как пляшут на воде солнечные блики, как ясно отражаются в ее зеркальной глади скалы и деревья, и благодарил Господа Бога за то, что Он создал мир таким красивым. Но набежали тучи, стал накрапывать дождь. Подул сильный ветер, и вдруг, откуда ни возьмись, вдали показалось множество больших и маленьких лодок, которые плыли прямо к тому месту, где находилось убежище нашего отшельника. Беат встал.
Завидев христианина, гельветы гневно закричали. Вражеская флотилия быстро приближалась к берегу. Десятки сильных рук подняли луки, натянули тетивы, и смертоносные стрелы полетели в сторону одиноко стоящего человека.
- За что вы хотите убить меня? Разве я сделал вам что-нибудь дурное? – вопрошал Беат язычников, но те, не слыша ничего, кроме собственных воплей, продолжали стрелять в него и вот уже достали свои мечи, горя желанием изрубить на куски его тело. Беат смотрел на искаженные злобой лица язычников. Как ему хотелось, чтобы они перестали его бояться и ненавидеть!
- Успокойтесь и выслушайте меня! Я не враг. Я принес добрую весть! – кричал он гельветам, но они не обращали на его слова никакого внимания.
Тем временем стало быстро темнеть, грохнул гром, на поверхности озера появились волны. Но даже надвигающаяся гроза не могла остановить разъяренных язычников. Смерть опять грозила Беату на берегу озера Тун. Однако отшельник был спокоен. Он верил, что Господь вновь избавит его от гибели.
- Если будут наступать на меня злодеи, противники и враги мои, чтобы пожрать плоть мою, то они сами преткнутся и падут. Если ополчится против меня полк, не убоится сердце мое; если восстанет на меня война, и тогда буду надеяться, – тихо говорил Беат.
Вдруг в черном небе вспыхнула яркая молния, и в ту же минуту поверхность озера между берегом и лодками гельветов превратилась в огненную пелену. Вода горела! Язычники в ужасе закричали. Они решили, что это Беат поджег Тун, и теперь умоляли его сжалиться над ними и погасить страшный пожар. Беат и сам был изумлен. Он ждал чуда, но уж никак не предполагал, что оно будет столь удивительным. Беат принялся усердно молиться, чтобы погас огонь. Через несколько минут языки пламени опустились и затем исчезли.
Гельветы стали благодарить христианина за то, что он избавил их от страшной гибели. Они просили у Беата прощения и обещали, что никогда больше против него не пойдут. Наконец-то Беат смог рассказать им о Спасителе. Прямо на берегу озера Тун он начал проповедовать гельветам Слово Божие и учить их жить в мире и любви.
Некоторые ученые утверждают, что в тот знаменательный день поверхность Туна загорелась не от какого-то вмешательства свыше, а просто от того, что в озеро впадали ручьи, воды которых были насыщены нефтью. Вода, как известно, притягивает электричество. Во время грозы молния ударила в озеро, и покрытая нефтяной пленкой поверхность Туна внезапно загорелась… Вы верите такому объяснению пожара на озере? Я – нет. Ведь если даже в водах озера Тун и была нефть, готовая загореться от сильного электрического разряда, то появление ослепительной молнии в тот грозный час, когда гельветы решили расправиться с Беатом, могло ли быть просто счастливым совпадением?

Сказка № 4833
Дата: 01.01.1970, 05:33
Уже триста лет тому назад грюйерские пастухи начали пасти стада в прекрасной долине Мотелн. Судя по тому, что граф де Грюйер набирал среди обитателей долины до тридцати солдат и взимал с них подать, исчислявшуюся довольно большим количеством ячменя, на мотелонской земле в те давние времена жило много народу.
Долина Мотелон знаменита, во-первых, прекрасной форелью, что водится в ее прозрачных водоемах, а во-вторых, настойкой из корня горечавки, которую бесподобно умеют делать ее жители. Ах, чудесная настоечка! Какой нектар!
Эликсир охотников, радость пастухов,
Сделает болтливыми даже стариков!
Так воспел этот напиток Рамбр.
Году этак в 1780-м один молодой человек по имени Жан-Пьер де Тодело, родом из Грюйера, работал пастухом на груанском пастбище, расположенном у подножия горы Дан де Брок.
Однажды в воскресенье он отправился к своему дедушке по материнской линии в деревушку Пре-о-Серф, которая находится рядом с горным перевалом, разделяющим долины Мотелон и Гро-Мон. Родственники радушно встретили Жан-Пьера. Особенно была рада его видеть кузина Аннетта. Дело в том, что Жан-Пьер и Аннетта очень любили друг друга и давно уже мечтали о свадьбе. Родители девушки благосклонно отнеслись к решению дочери стать женой такого красивого и ловкого юноши, как Жан-Пьер, и теперь молодому человеку предстояло сообщить о своем намерении собственным отцу и матери. Матушка Аннетты приготовила для родителей Жан-Пьера большую бутыль настойки из корня горечавки и попросила ее передать – в знак дружбы и уважения.
Через несколько дней Жан-Пьер собрался в Грюйер. Он привел в порядок свою хижину, умылся, причесался, надел рубашку с широкими рукавами и расшитый цветами жилет, на голову натянул круглую пастушью шапку, сунул в зубы трубку, и, опираясь на трость с загнутой ручкой, отправился в путь.
Был тихий субботний вечер. Заходило солнце. Жан-Пьер шагал по крутым горным дорогам, бережно неся под мышкой бутыль с настойкой из корня горечавки. Настроение у него было прекрасное, в голове витали чрезвычайно приятные мысли. Настала ночь, однако темнота нисколько не смущала Жан-Пьера, ибо он великолепно знал все тропинки в этой местности. К тому же в небе ярко светила луна. Юноша быстро шел через горные хребты, туманные лощины, луга, овеянные ароматами душистых трав. Вскоре месяц спрятался за облаками. Стал накрапывать дождь. К тому времени Жан-Пьер уже вступил в дремучий лес под названием Жизетт. Каменистой дорогой он прошел его насквозь и вскоре оказался около скал, возвышающихся над обширным пастбищем, которое также именуется Жизетта. И тут его взору предстало в высшей степени странное зрелище.
У подножия одной из скал находились руины старинной часовни с примыкающей к ней маленькой хижиной. Жан-Пьер знал, что когда-то на этом месте была п&стынь, и здесь провели свой век многие святые отшельники. Но давно уже в пустыни никто не селился. Днем в одинокие развалины залетали пестрые бабочки и забирались лесные звери, а ночью туда прокрадывались лишь тусклые лучи месяца. Однако сейчас там кто-то был…
Под прогнившим деревянным навесом, прислонившись к полуобрушенной стене, сидел какой-то старикашка с длинной седой бородой, одетый в монашескую рясу. Его голову покрывал большой капюшон, на босых ногах были рваные сандалии. Не обращая внимания на противный холодный дождь, незнакомец что-то шил у себя на коленях. На длинной веревке, привязанной к навесу, покачивалась старинная железная лампа, внутри которой плясал огонек, и на стенах древнего здания, на окружавшем его колючем кустарнике, на лице и одежде старика дрожали странные тени.
Подойдя поближе к развалинам, Жан-Пьер увидел, что незнакомец плачет. Горючие слезы текли по морщинистому лицу старика и капали прямо на шитье. Жан-Пьер, не зная, что и сказать, несколько минут молча наблюдал за тем, как работает странный монах. Потом юноша наклонился к нему и произнес:
- Здравствуй, дедушка! Что это ты шьешь?
Но таинственный старик ничего не ответил. Он сосредоточенно занимался своим делом. Жан-Пьер решил, что он плохо слышит и прокричал ему в самое ухо:
- Эй, портной, не устал ли ты? Может, передохнешь?
Однако старик по-прежнему не обращал на юношу никакого внимания. Скорчившись над своим шитьем, он только усерднее стал орудовать иглой.
Тогда Жан-Пьер сказал:
- Слушай, отец, если не хочешь со мной разговаривать, то глотни хотя бы настойки!
Он откупорил бутыль с настойкой из корня горечавки и протянул ее старику. Тут монах вскочил, воздел тощие руки к небу и, поглядев на Жан-Пьера полными слез глазами, затряс головой в знак отказа.
- Ты что же, брезгуешь теткиной настойкой?! – воскликнул Жан-Пьер. Ему стало обидно, что старик не хочет промочить горло напитком из Пре-о-Серф. Незнакомец, продолжая вздыхать и плакать, снова принялся за работу. Жан-Пьера раздражало упрямство старика, ему было невыносимо видеть его страдания. И вот, не долго думая, он быстрым движением сунул монаху бутыль прямо под нос.
В то же мгновение произошло нечто невероятное. Какая-то невидимая сила подбросила юношу в воздух, и он полетел вверх тормашками прямо в кусты. Очнулся парень уже под утро - весь в синяках, продрогший и расцарапанный. Он с трудом поднялся на ноги и поглядел вокруг. Старик куда-то пропал, а развалины выглядели так, будто ночью никто туда не приходил. Небо затянули черные тучи, дождь лил как из ведра, дул холодный ветер. Мешкать было нечего! Жан-Пьер стал искать драгоценную бутыль с настойкой. Но она исчезла... Расстроенный, больной и несчастный, Жан-Пьер отправился в путь.
Только к часу дня добрался он до родительского дома. Матушка Пьера, увидев сына, всплеснула руками, ибо выглядел он ужасно: без трубки, без трости, без шапочки, а главное - без бутыли с напитком из Пре-о-Серф. Юношу сразу же уложили в постель. Он проболел целую неделю! У бедняги был сильный жар. В бреду он непрестанно твердил о монахе-портном. Родители Жан-Пьера не знали, что и подумать.
Вскоре слухи о происшествии у древних развалин пронеслись по всему Грюйеру. И в один прекрасный день добрый грюйерский настоятель, Царствие ему Небесное, постучался в двери дома господ де Тодело. Он попросил Жан-Пьера подробно рассказать ему о встрече с таинственным стариком. Выслушав юношу, настоятель долго молчал, качая головой и крутя в руках свою табакерку. А потом сказал:
- Дождливыми ночами я часто видел из окна какой-то странный свет, мерцавший около леса Жизетта, и никак не мог найти ему объяснения. Теперь же мне все стало ясно! Сейчас я поведаю тебе одну историю, и ты сам все поймешь.
Давным-давно, на вершине пастбища Жизетта, у подножия высоких скал была построена пустынь в честь святой Анны. Как тебе хорошо известно, Святая Анна вместе со святым Иаковом – небесные покровители пастухов. Пустынь основал житель нашего города, который участвовал в крестовых походах, побывал на Святой Земле и в один несчастный день был захвачен мусульманами. В плену у неверных он дал обет матери Девы Марии, что ежели, паче чаяния, обретет свободу, то станет монахом и до конца дней своих будет жить в затворе. Этому человеку чудом удалось бежать из страшного плена, и вскоре он вернулся на родину.
Старый солдат сдержал слово. Высоко в горах, у скал, что возвышаются над пастбищем Жизетта, он собственными руками построил хижину и маленькую часовню. Так появилась пустынь святой Анны. Забыв все мирское, пребывая в постоянном посте и молитве, отшельник жил в своем скиту. Но иногда он с грустью смотрел вниз - на раскинувшуюся у подножия высоких гор прекрасную долину, где прошли его детство и юность, где похоронил он своих родителей. Вернуться туда ему было уже не суждено. Отшельник долгие годы провел в скиту. И он умер во время молитвы, как святой. После него много монахов жило в пустыни святой Анны.
Дьявол был так разозлен благочестием обитателей пустыни, что однажды, отколов от горы порядочный кусок, бросил его сверху на часовню, дабы разрушить ее до основания. Но не тут-то было! Святая Анна задержала падение страшного камня. Он и по сей день стоит на краю скалы, что возвышается над часовней. Тогда нечистый раз в несколько лет стал устраивать в горах оползни и камнепады. Однако часовня оставалась целой и невредимой. Куски горных пород, все до единого, падали на луг Шатл, расположенный недалеко от пустыни.
И тогда хитрый дьявол решил по-другому напасть на пустынь. Он хорошо знал, что среди отшельников можно найти того, кто по слабости своей не будет долго сопротивляться искушениям…
В один прекрасный день в пустыни святой Анны поселился портной по имени Букарт. На старости лет он возымел желание посвятить остаток жизни служению Господу. Несколько лет портной прожил в скиту в посте и молитве. Люди приносили ему еду и необходимые вещи, и за это он им что-нибудь шил.
Однажды отшельник почувствовал странную тяжесть на сердце. Ему вдруг стало невыносимо одиноко, холодно и скучно. Будучи не в силах побороть искушение, он пошел в ближайшую деревню, чтобы пообщаться с людьми. Там был праздник. Играла музыка, смеялись дети, готовилась вкусная еда. Все были такие радостные, сытые и довольные, что любо-дорого посмотреть! Наш портной провел с жителями этой деревни целый вечер. Он выпил вина, согрелся и, одолжив у одного музыканта скрипку, стал наигрывать веселые мелодии.
Поздно ночью отшельник возвратился в свою хижину, и она показалась ему еще холоднее, чем накануне. Место, где Букарет совсем недавно чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, стало его тяготить. Все чаще и чаще портной уходил из пустыни. Он бывал на всех деревенских праздниках. Там он ел и пил вволю, а также играл на скрипке. В результате Букарет стоптал свою обувь, и в преддверии зимы оказался босой. Все деньги, которые люди жертвовали пустыни святой Анны, были потрачены легкомысленным портным на вино и прочие удовольствия. И тогда совет городских старейшин постановил: «Выдать брату Букарету, святому отшельнику, пару новых ботинок, при условии, что он будет жить в молитвенном уединении, как ему и подобает, и перестанет посещать таверны».
Получив новые ботинки, портной призадумался. И как это он мог поддаться дьявольскому искушению и вместо того, чтобы служить для людей примером христианского благочестия, пьянствовал и веселился с деревенскими жителями? Впервые за несколько месяцев привольной жизни Букарет стал молиться. Он решил, что больше не покинет пустынь святой Анны и будет всю жизнь искупать свой грех перед Богом. Но вскоре отшельник умер.
Дорогой Жан-Пьер! Я подозреваю, что отшельник из пустыни святой Анны еще не завершил искупление своего греха. Я думаю, что той ночью ты встретился именно с покойным Букаретом, который должен теперь возвращаться на землю и дождливыми ночами шить и молиться. Ты хотел утешить плачущего старика, но вместо этого, предложив ему выпить настойки, напомнил о веселых попойках, что стали причиной его несчастья. Ты сделал ему еще больнее, и он рассердился. Да, дела…
Священник, постояв несколько минут в задумчивости, стал собираться восвояси. На прощанье он сказал Жан-Пьеру:
- Поправляйся скорее и не забывай в своих молитвах брата Букарета. А я завтра же отслужу мессу об упокоении души бедного отшельника.
Оправившись от болезни, Жан-Пьер попрощался с родителями и пошел обратно на груанское пастбище. Проходя мимо развалин пустыни святой Анны, юноша вознамерился отыскать свое добро. Он подошел к тому самому месту, где призрак отшельника дал ему пинка за настойку из корня горечавки. И что же он увидел? На земле валялась треснувшая, никуда уже не годная трубка. В ветвях росшего поодаль бука висела трость. А в шапке Жан-Пьера, застрявшей в густом орешнике, сидела белочка и грызла орехи. Что касается бутыли с настойкой, то она исчезла без следа.
Но это не важно! Через шесть месяцев, когда счастливый Жан-Пьер стал мужем очаровательной Аннетты, на веселой свадьбе не было недостатка в настойке из корня горечавки. Тогда Жан-Пьер в последний раз поведал людям о своей встрече с призраком отшельника. Вскоре у него появились другие заботы. Через несколько лет Жан-Пьер был уже окружен десятком резвых детишек, как это и принято в добропорядочных семьях грюйерского края. И у него совершенно не было времени думать о Букарете, тем более, что свет у леса Жизетта больше не зажигался.

Сказка № 4832
Дата: 01.01.1970, 05:33
В графстве Грюйер, среди высоких гор, цветущих лугов и дремучих лесов затерялась маленькая белая церковь, построенная в незапамятные времена неведомо кем. Люди называют ее Даад. Даада – это старинное кельтское слово, обозначающее очень крутой подъем. Должно быть, церквушка именуется так оттого, что стоит на склоне горы. У подножия этой горы бежит быстрая речка Сарина.
Приметив над вековыми елями старую колокольню Даады, многие жители Грюйера сразу вспоминают рассказы о былых временах... Колокол бьет, его звон разносится далеко по окрестностям. Кажется, он говорит: «Сюда приходили на богослужения твои предки. Здесь покоится их прах. Будь же, подобно им, добрым христианином и молись об упокоении их душ, а когда придет твой смертный час, кто-нибудь помолится и за тебя». И каждый пастух, проходя мимо Даады, обязательно снимет шапку и перекрестится.
Старая церковь стоит пустая и одинокая. Она охраняет покой тех, кто в ожидании Страшного суда спит на маленьком кладбище, в тени ее старых стен, поросших зеленым мхом. Было время, когда один бенедиктинец приходил в Дааду служить святую мессу и читать Евангелие. Каждое воскресенье жители окрестных деревень собирались там, чтобы вместе попросить Господа Бога послать им силы и мужество, ибо трудные были тогда времена: началась война, в Грюйер вторглись чужеземцы, и богатый, процветающий край пришел в запустение. Повсюду были руины и пепелища. Сотни семей, покинув свои дома, ушли в горы, чтобы спрятаться от врагов.
Но мир вернулся в Грюйер. Деревни стали постепенно оживать. Люди возводили новые церкви, новые часовни, и так уж получилось, что Даада была заброшена и забыта. Но к чести жителей деревни Гранвиллар надо сказать, что многие из них приходили время от времени в Дааду и старались поддерживать в должном порядке древнюю святыню. Они и сейчас заботятся о церквушке. Вот уже четыре века звонит по праздникам старый колокол на белой колокольне Даады.
Каменистая труднопроходимая дорога вела от Гранвиллара к Дааде через густой лес и от нее сбегала по крутому склону к Сарине, как раз к тому месту, где можно было пересечь реку либо вброд, либо в выдолбленном наподобие лодки стволе дерева.
Мосты в те давние времена были редкостью. Обитатели грюйерского края решались преодолевать быстрое течение Сарины только при условии, что это не составит им большого труда. А если шли дожди и вода поднималась слишком высоко, они сидели дома и ждали, когда погода наладится. В старину люди жили спокойно, не торопясь, и были при этом вполне счастливы.
Итак, верующие ходили в церкви собственных деревень, совсем позабыв про Дааду. Свой приход был даже в Гранвилларе. И вот странные слухи поползли по краю. Говорили, что в заброшенной церкви каждую ночь загорается свет и Даада до самого утра стоит ярко освещенная, однако никто не мог объяснить это странное явление.
Однажды, а дело было в пост, ризничий из Гранвиллара – паренек по имени Пьер, отправился в Дааду, чтобы прозвонить к вечерней молитве. По старой скрипучей лестнице Пьер поднялся на колокольню, поглядел вокруг и замечтался. Небо было чистое. Усталое солнце медленно опускалось в золотую облачную перину, и снежные вершины гор розовели в его последних лучах.
- Чудо, как хорошо! – сказал Пьер и стал бить в колокол. Закончив свое дело, молодой человек спустился вниз, замкнул ключом церковную дверь и затем, не долго думая, – то ли черт его толкал, то ли напутствовал ангел-хранитель? – он спустился по каменистой дороге к реке, перешел вброд Сарину и отправился в деревню Виллар-су-Мон, чтобы навестить свою тетушку Готон, любимых кузенов и очаровательную кузину.
Настала темная ночь. Белесый туман поднимался от реки и медленно окутывал лес и луга. В небе мерцали звезды. Бледная луна сквозь наползшее облако освещала землю тусклыми холодными лучами.
В жарко натопленной кухне Пьер ужинал в компании своих многочисленных родственников. Он был совершенно счастлив, потому что рядом сидела кузина, нежно ему улыбаясь.
Время было уже позднее, когда Пьер стал собираться восвояси. Бросив взгляд в окошко, он вдруг увидел, что внутри Даады горит яркий свет. Значит правду говорили люди! Его сердце похолодело от ужаса. Тетушка Готон тоже перепугалась не на шутку. Она сказала:
- Дорогой, я боюсь тебя отпускать! Не стоит ночью ходить мимо этой церкви. Оставайся с нами и чувствуй себя как дома, а завтра на рассвете пойдешь в Дааду и прозвонишь к заутрене.
И Пьер решил провести у тетушки остаток вечера и ночь.
Еще не рассвело и петухи не пели, когда Пьер вышел из дома, не думая ни о чем, кроме как о милой улыбке кузины. Но вот он подходит к старой часовне, трогает дверь и понимает, что она не заперта... Молодой человек в изумлении остановился на пороге. Не он ли сам, своими собственными руками запирал ее накануне? Кто приходил сюда ночью? Пьер почувствовал, как на лбу его выступили капли холодного пота, он дрожал всем телом и не знал, что и подумать, однако, толкаемый непреодолимой таинственной силой, вошел в часовню.
Свечи были зажжены, требник раскрыт, и неизвестный седой старик, одетый в ризу священника, стоял у подножия алтаря, казалось, ожидая лишь знака, чтобы начать службу.
Услышав шаги за спиной, старик обернулся и громко произнес:
- Поторопись же, Пьер, я давно тебя жду. Приблизься!
- Кто этот священник? Как вошел он сюда и откуда явился? Где он раздобыл такое старое, расшитое золотом облачение? – спрашивал себя Пьер, не решаясь ни на шаг отойти от двери.
Неведомый священник заметил смущение юноши и заговорил тогда тихим, мягким, почти жалобным голосом. Он сказал:
- Иди же сюда и помоги мне отслужить мессу. Поспешим, пока не взошло солнце.
Набравшись храбрости, Пьер подошел к алтарю, преклонил колени и отслужил вместе со стариком святую мессу. Он никогда не видел, чтобы человек молился так благоговейно, с таким усердием. Слезы струились по щекам священника, и чем далее продвигалась служба, тем большей радостью озарялось его лицо. Морщины его разгладились, он весь словно светился от счастья.
Когда месса окончилась, старик обернулся к молодому человеку и спросил:
– Пьер, известно ли тебе, кто я такой?
– Нет, я вас совсем не знаю...
– Выслушай тогда мою историю!
И вот, что поведал Пьеру священник:
- Поверишь ли, твой прапрадед и его родители очень дружили со мной. Двести лет тому назад я был кюре этой церкви. С тех пор, каждый год, во время поста, я долгие ночи проводил в молитвах, ожидая, что кто-нибудь придет отслужить со мной мессу – утром, до восхода солнца. Да, в течение долгих лет я плакал, молился и ждал, однако доселе никто не приходил. Слушай дальше. Итак, я был священником, но мною владела одна страсть – я обожал охоту. С утра до вечера, иногда даже ночью, я преследовал серн, косуль, оленей, травил медведей, кабанов и зайцев. Стрела была послушна мне, и я бил наверняка. Каждый день моя рогатина была красной от крови убитых мною зверей. Правду сказать, добычей я помогал прокормиться многим беднякам, но все же долг мой был – нести прихожанам слово Божие и самому служить для них хорошим примером.
Как-то раз ко мне пришла одна бедная женщина и попросила помолиться за упокой ее мужа, погибшего в волнах Сарины. Я пообещал ей отслужить мессу на следующий день. Но наутро была прекрасная погода и, будучи не в силах сдерживать охотничий пыл, я вместе с одним из твоих предков отправился на высокие скалы, чтобы подстрелить оленя. Я ушел, забыв про данное мною обещание помолиться о душе утонувшего бедняка. На склоне горы неожиданно обрушилась снежная лавина. Она увлекла меня в пропасть, и глаза мои открылись вечности...
Рассерженный апостол Петр не захотел впустить в рай мою грешную душу. Он сказал, что для меня будет закрыта дверь туда до тех пор, пока я не искуплю тяжкий грех, отслужив в Дааде, на рассвете какого-нибудь постного дня, ту мессу, что была обещана бедной вдове... мессу, о которой я так легкомысленно забыл.
С тех пор я, неприкаянный, возвращался время от времени к райским дверям и тщетно стучал в них, – никто мне не открывал.
Каждый год в постные дни я приходил в Дааду и ждал у алтаря кого-нибудь, кто помог бы мне отслужить мессу и избавил бы от страданий мою грешную душу. Благодаря тебе, Пьер, тяжкое искупление моего греха закончено. Благослови тебя Господь! Я молился за тебя... Через год мы встретимся в раю.
Пьер был один у подножия алтаря. Свечи давно погасли, требник лежал на своем месте, все было так, как будто ничего странного здесь не происходило.
Пьер долго молился. Потом быстро вышел из церкви, бросил грустный взгляд на вершины гор, которые возвышались над его родной деревней Гранвиллар, и, не возвращаясь больше в отчий дом, отправился сказать последнее «Прости» своей милой кузине, которая утром дала согласие стать его женой.
Через некоторое время он, грустный, но смиренный и безропотный, спускался в долину. А на пороге дома юная девушка, утирая слезы, безнадежно смотрела вслед тому, кто уходил из ее жизни навсегда...
Ласковые лучи солнца и нежный ветерок возвестили о возвращении весны. На смену зимней стуже явились пестрые цветы, шум одевшихся в листья деревьев и пение птиц. Жизнь забила ключом, и некоторые путешественники уже направились к горным перевалам. Как-то вечером, после ясного дня над землей пронеслась ужасная буря. Монахи одной обители, следуя старинному обычаю, тут же отправились в горы на поиски тех, кто мог сбиться с пути. Никто из них не вернулся! Только собаки, которые сопровождали братьев в горах, прибежали на рассвете к монастырю и стали выть заунывно.
Одним из пропавших был молодой послушник, известный всем своей самоотверженностью, добротой и молитвенным усердием. Он был родом из Гранвиллара.
А в день, когда печальное известие пришло в Виллар-су-Мон, безутешная семья уже молилась и плакала на могиле девушки, которую внезапно унес из жизни неизвестный недуг.

Перепубликация материалов данной коллекции-сказок.
Разрешается только с обязательным проставлением активной ссылки на первоисточник!
© 2015-2019